Не успел я сделать и нескольких шагов, как услышал вопль.

- Что еще? - спросил я.

- Нога...

- Помочь?

- Ой! - вскрикнула она, ощупывая колено. - Только этого мне не хватало.

Я сгреб ее в охапку и понес к скамейке.

- Эй, пустите! - кричала она, вырываясь. - Куда вы меня тащите?

Я еще не успел дойти до скамейки, как подкатил автобус. В открытых дверях показалась Марина. Увидев меня с девушкой на руках, она замерла. Двери закрылись, и Марина уехала. Все это я увидел краем глаза. Лыжи болтались у самого моего носа. Девчонка перестала вырываться и смирно лежала на руках.

- Черт... - вырвалось у меня.

- Перестаньте чертыхаться, - сказала девчонка. Шапка сползла ей на нос, она ничего не видела.

- Вот брошу сейчас в реку... в набежавшую волну, - сказал я.

Скамейка была влажная. Белое пятно исчезло. Я осторожно посадил ее. Снял рюкзак. Лыжи прислонил к мокрому черному дереву.

- Где болит? - спросил я.

Она молча дотронулась до колена. Я не особенно разбирался в этом деле, но колено ощупал. Она с любопытством наблюдала за мной. Кажется, вывиха нет. Я потянул ногу. Девчонка молчала. Если бы был вывих, запищала бы.

- Вы грузчик? - спросила она.

- Я дантист, - ответил я. - У вас зубы не болят?

Настроение у меня испортилось. И так наши отношения с Мариной в последнее время не ахти какие... Дернул ее дьявол приехать именно в этот момент! А впрочем, нет худа без добра, может, впредь опаздывать не будет.

- Что ж, это тоже профессия, - сказала девчонка.

Она осторожно согнула и разогнула ногу.

- Растяжение, я знаю, - сказала она.

Я взглянул на нее. Мне снова захотелось, чтобы она улыбнулась.

- Все равно вечер пропал, - сказал я. - Давайте знакомиться... Меня зовут Андрей Ястребов... А вас?

Ветер колышет полосатые флаги-занавески, раскачивает уличные фонари на серебристых столбах, слышится музыка. Но теперь поет не Эдита Пьеха. Сменили пластинку. Мы идем через парк к дому девчонки. Ее зовут Оля Мороз.